Им полезна была она, красотка-гордыня с добротными ногами и сложением Она сбежала и спряталась в обжигающих песках, питалась тем, чем питались ее сородичи Она мама альбинос становился матерью. Это тоже, как и она, самка, белоснежного расцветки кожа и полосы. Он не лишь облизал самку иного племени, а сел принтер у ее ног. Означает и она дорога ему, как тот, что везет эту же самку сюда Ида увидела скачущего на коне Роберта, вульгарна навстречу. Альбинос-самка встала, зарычала. Барышня протекла мимо, погладив ее морду, обдав словно ветерок ароматом. Но это был не аромат степи, песка, где обитала она и двуногие. Этот аромат откуда-то забирали люди и присваивали себе. Мама беседовала, что таким ароматом и тем, что они носят, они влекут больше сильных самцов Ее никто из двуногих не гладил, ласка барышни приглянулась ей. Но мама часто говорила и проявляла тонкие, но не прокусываемые железки, коими люди отлавливали ее братьев и сестер и оставляли их проживать и стеречь двуногих и их дом Барышня подбежала к лошади, погладила ее по голове, потом пятипальцевую лапу человека, коей проделала по своему лицу. Он облизал ей лоб. Вторая самка вспрыгнула с лошади, почему-то низко поклонилась в ноги, а эта красавица поцеловала ее в лоб. От той, что сидела на лошади, был аромат и ее крови. Но она была слабее, раз так низко кланяется Самка-альбинос зарычала, если к ней подбежал волкодав, а вдогонку за ним подошли барышни. Они вновь погладили ее, и уволились за собственным самцом Во дворе, куда они вошли, была бесчисленная яма, переполненная водой.
Вначале в ней искупалась та, что была ближе по аромату к ее стае, а потом прыгнул ее волкодав, он несколько раз облизал, оббежал вокруг нее, подзывал к себе, пихал собственным сильным задом в воду Барышня расчесывала собственные длинные волосы, обтирала катившиеся со лба капельки воды. Ее изуродованное лицо беседовало о ее храбрости, о множества битвах, сильные и здоровые ноги о мощи Красотка обрела какую-то жидкость, одноименную на воду, но расцветки вешних цветов.барышни пропал аромат ее крови, от нее шел слишкомто иной аромат, такой же, как у той, что ее гладила. Но женщины содержали свой особенный запах. Теперь, постоявший несколько минут, она могла лишь по запаху определить, кто из них кто Ей стало обидно, что барышня отдала запах ее стаи, а взяла такой неприятный. Она уловила запах костра, дыма и того, что обедают двуногие. Покуда она возвращала и воспринимала запахи, первое двуногое изящное создание принесло собственную еду. Барышня установила пищу близ ее избранника. Он с голодом поглотил несколько кусков, подозвал ее и себе. От запаха, а надежнее от того, что сохранилось на его морде, если он облизал ее и она проглотила кусочек, потекли слюнки. Они ели вдвоем, женщины смеялись. После еды владетель вогнал волкодава в воду, волкодав зарычал, пригласил собственную избранницу На второй день Агнесса припомнила о той, коия выручила ей жизнь и с коей спрятали сокровища пани Марии. За все лето протек первый дождь, имелось просто дышать, просто идти по песчаной основе Агнесса хныкала и тянула о заживо погребенной ее спасительнице. Близ кротовни носилось несколько трупоедов. Услышав запах пороха, металла и человеческую речь, сбежали, спрятались. То, что они увидели, поразило их.
Кротовни на их пути имелись залиты водой, какиелибо обрушились Твоя спасительница сидит в самой верхней кротовне, думаю, там воды нет. Близ кротовни спасительницы появилась убийца-трупоедов. Он издал вопль трупоеды ответили ему Это был их завершительный крик. Убийца, поев горло своему сородичу, взгромоздил его на спину, убежал в заросли, а за ним поплелись ослабевшие одиночки полакомиться остатками собрата Кротовня была сухая, на зов Агнессы появилась та, коию Роберт осязал лишь пальцами.
